ГЛАВА 11: В КОТОРОЙ Я УЗНАЮ МНОГО ИНТЕРЕСНОГО, НО БЕСПОЛЕЗНОГО, СПЛЮ, ОБЕДАЮ, ВНОВЬ СПЛЮ И ВООБЩЕ, ВЕДУ СЕБЯ, КАК ЗАПРАВСКАЯ БЕЗДЕЛЬНИЦА

- Не тягнется, - проворчал белобрысый солдат и упираясь ногой в плечо трупа, потянул ещё раз. – Зараза!
По моей просьбе (воспринятой, как приказ) он и его товарищ пытались снять шлем с головы мёртвого всадника. Получалось плохо. Отчасти потому, что шлем придерживался кожаным ремешком, развязать который у балбесов не хватило ума.
- Перережьте, - посоветовала я, цокая зубами. Чёртова дрожь и не думала уходить, даже после десяти глотков Чёрной. Только возникло весьма неприятное ощущение, будто я балансирую на самом краю бездонного провала.
Рыжебородый вытащил из ножен короткий кинжал и глухо сопя принялся пилить неподатливую полоску кожи. Мимо прошёл сержант, посмотрел на своих разгильдяев и открыл было рот. Перевёл взор на меня, закрыл рот, почесал затылок и пошёл дальше. И то верно.  Лучше продолжаете обирать трупы, пока ещё есть время.
Лоис, который нахохлившись сидел рядом, протянул мне деревянную миску, где плескалось нечто зелёное, смердящее свежим навозом. Я попыталась взять предложенное, но пальцы так дрожали, что я едва не разлила содержимое чаши. Зельевар молча поднялся и придерживая меня за затылок, влил в рот свою вонючку. Нёбо тотчас заледенело, а зубы словно обратились сосульками. Потом отвар ухнул вниз по горлу и в затылке закололо. Дрожь начала медленно проходить. Лоус поставил чашку на землю и вытер кровь, хлынувшую из моего носа.
- Такими темпами, - проворчал он, - ты не протянешь и недели.
- Не твоё дело, - отмахнулась я. – В следующий раз добавь больше лишайника. В конце боя всё стало мутным, как в тумане.
Солдаты сумели стянуть шлем и теперь стало понятно, почему все пришельцы так старательно прячут лица.
- Это – не жимуинцы, - сказала я и поднялась, - Эй, зельевар, ты такие рожи видел когда-нибудь?
- Позволь мне обойтись без этого, - сухо отрезал Лоус. – От вида трупов меня просто выворачивает. А тут их…
Итак, рослый светловолосый и белокожий мужчина, в возрасте двадцати пяти, или около того. Глаза голубые с красным отливом. То ли последствия смерти, то ли солдат перед боем накачали какой-то дрянью. Черты лица идеальные, насколько это вообще возможно. Не мой тип, но знала кучу баб, которые просто млели от подобных красавцев.
- А ну, давай следующего, - сказала я и бородач, тяжело вздохнув, принялся резать второй ремешок. Теперь у него получалось много лучше. Мимо прошёл конь, груженый оружием и пара солдат. Один всё время нервно хохмил, а второй непрерывно сглатывал и озирался, точно потерял дорогу. На меня оба старались не глядеть.
- Святые проводники! - сказал белобрысый и бросил быструю звезду. – Брат, штоль?
- Угу, точно, - я осмотрела второго мертвеца и мотнула головой. – А ну, валяй этого, из пехотинцев.
- Не стоит, - Кир остановил солдата и кивком отослал его прочь. – Мы уже проверили: все они на одно лицо. Наверра предполагает, что шаманы Нарха каким-то образом научились воспроизводить солдат-дубликантов, как он их назвал. Ну, это объясняет военные успехи Жимуина последние годы, - мужчина поднял голову и посмотрел на меня. – Но никак не объясняет того, что сегодня сотворила ты. Никогда прежде не видел и не слышал, чтобы Тень уничтожала столько воинов за раз, да ещё и в прямом с ними столкновении. Кстати, ты знаешь, что в их отряде было три шамана поддержки?
- Угу, - меня вновь начало морозить, и я закуталась в плащ. – Три придурка в шкурах с бубнами. Я их даже пальцем не тронула – сами сдохли.
- Наверра так и сказал, - Кир кивнул, внимательно осматривая меня с ног до головы. – Они вроде бы как-то связаны с солдатами, управляют ими, что ли? Возможно, если сначала уничтожить колдунов, то солдаты и сами умрут.
- Попробуем, в следующий раз, - я покачнулась и ощутила, как меня поддержали под локоть. Грард, собственной персоной, как же без него. На лице Кириона появилась досадливая мина. – Спасибо.  А теперь я пойду, немного поваляюсь.
- Дар, - Кир окликнул меня и замолчал, кусая губы. Потом уголок его рта дёрнулся. – Ничего. Иди, отдыхай.
Пришлось идти через поле, усыпанное трупами людей и коней. В этот раз я плохо контролировала себя и когда Волна достигла пика, разобрать, где солдаты, а где – животные, стало невозможно. Впрочем, чёртовы бронированные твари тоже принимали активное участие в сражении: пытались укусить или приложить копытом. Это сейчас они такие смирные…
Ближе к стенам Кряжи лежали одни пехотинцы. Эти сумели пройти дальше своих конных собратьев. Те, которые уцелели после первого столкновения, попытались спастись, накрывшись щитами, типа черепахи. Никогда прежде не встречала такой тактики лично, хоть наш учитель по истории упоминал, как прежде на востоке использовали эдакое построение. Вроде, как никто не мог пробиться через плотно составленные щиты. Единственная проблема: если враг сумеет попасть внутрь – никому не спастись.
- Когда они двинули на тебя, в самом конце, я испугался, - сообщил Грард. – Эта штука казалась неприступной, а тебя уже шатало.
- За кого испугался? Погоди, - он терпеливо ожидал, пока меня рвало чёрно-жёлтым. – Тьфу! Пошли.
- За тебя испугался, - я повернула голову и увидела на бледном лице что-то, типа улыбки. – И все мои тоже за тебя болели.
Ну ещё бы! В противном случае им пришлось бы вступать в бой и скорее всего, погибнуть. Сильный противник, что ни говори. Нужно, что Лоус обязательно добавил лишайников и чистовицу. От неё, правда, свербят пятки и прыщи высыпают на заднице, зато сохраняется чёткий контакт с потоком. В тот момент, когда «черепаха» пошла навстречу, меня словно било волнами с обеих сторон.
Пока мы шагали, переступая трупы, Грард успел отдать приказ, поэтому телега ожидала прямо у ворот. Большая такая штуковина, на которой прежде возили камень из карьера. Сейчас половину повозки завалили трофейным оружием, а половину отдали мне. Какие-то одеяла и подушки, абсолютно бесполезные в моём-то состоянии – я их просто не чествовала. Зубы вновь начали отбивать рваный ритм.
- Там, где-то мои вещи, - простонала и лейтенант согласно кивнул. – Пусть всё принесут сюда…
Волна ударила в бок повозки, и та покачнулась. Голоса шептали о неработающих зеркалах. Ещё одна волна. Рядом проплыла Найдмир, верхом на своей лошади. Королева внимательно смотрела на меня и молчала. Казалось, будто решает некий, очень важный вопрос. Потом волны подхватили телегу и покачивая, понесли её прочь. Голоса усилились, сливаясь в мирный рокот прибой и свист ветра.
На край телеги села Заря и взяла мою руку в свою.
- Здравствуй, сестра, - кажется, я заплакала. – Я так скучаю по вам. По всем вам. Наверное, будет лучше, когда я…
- Нет, не будет, - она печально улыбнулась. – Сказка о том, как волны уносят нас за грань – только сказка. Уж я-то знаю. Там, за гранью, нет ничего, кроме пустоты и вечного мрака.
- Да. Ты так всегда говоришь…Говорила, - горло сжималось до боли, а в груди бурлили и клокотали водовороты. – Но если там нет ничего, то как ты смогла вернуться?
- Никак, - она начала таять, растворяясь в тумане. – Я и не вернулась. Держись, сестрёнка.
Я открыла глаза. Солнце стояло в зените, а рядом ехал Кир. Полы его шляпы оказались низко опущены, так что я видела лишь бороду да губы. Нижняя – закушена. Мужчина пришпорил коня и ускакал вперёд. Только теперь стало понятно, что покачивание – не часть видения. Мы двигались.
Дрожь вроде бы прошла. Я попыталась подняться и обнаружила, что кто-то накрыл меня одеялом и поставил в ногах дорожную сумку. Кроме того, там стояла большая плоская миска, под полотенцем и фляга Лоуса. Очень хотелось есть, но первым делом я попробовала, что там успел наделать зельевар. Хм, воняло почище прежнего, но здорово прибавляло бодрости. Правда, тут же появилось ощущение, будто глаза вот-вот выпрыгнут наружу. Ничего, и не такое переживали.
Я сняла полотенце и обнаружила в миске вареное мясо и запечённые овощи. Ну, твою же мать! Тут сразу понятно, кто озаботился. Единственный, кто знал всё о рационе Теней – это душка Кирион. Он частенько чесал языками с Гурамом и после обязательно пичкал меня всевозможной дрянью, типа вот этой. Доходило до смешного. Личный повар Кира готовил исключительно варёную дрянь и Кир ел её вместе со мной. Приходилось незаметно исчезать, пока он болтал на своих дурацких дворянских сходках и набивать пузо в ближайшем трактире.
Впрочем, голод – не мамка. Я вздохнула и начала уминать мясо. Нет, оно ещё и несолёное! Да он издевается. Как будто это поможет что-то изменить или исправить. Выругавшись, я полезла в сумку и достала коробочку со смесью перца и соли. Вообще-то эта штука предназначалась для собак, но сойдёт и в пищу. Я щедро посыпала бледное мясо толстым слоем специй и попробовала. Теперь годится.
Пока жую, можно посмотреть оп сторонам. Поле, куда не глянь. Кряжи не видно даже на горизонте, значит успели проехать порядочное расстояние. А вот спутников заметно прибавилось. Похоже большинство жителей посёлка предпочли не прятаться в копях, а ехать с нами. В основном прибавилось мамаш с крикливыми питомцами. Они заняли штук пять повозок, типа той, где ехала я и всё это очень напоминало табор смуглых бродяжек. Не хватало только песен под гитару да воплей: «Дай ручку, погадаю, красавица!»
За сумкой обнаружился глиняный кувшин, замотанный во влажную тряпицу. Я надеялась на вино, но внутри оказалось холодное молоко. Тоже сойдёт. Допив белую жидкость, отдающую козлятиной, я свернула одеяла в подобие кресла и удобно расположилась, посматривая по сторонам. Впрочем, ничего интересного в поле зрения так и не появилось. Поэтому вскоре глаза вновь начали закрываться.
Топот лошадей.
Детские крики.
Злобные возгласы надзирающих.
Оплеуха.
Такая сильная. Что я не смогла удержаться на ногах и упала на колено. Надо мной нависал тощий черноволосый тип с длинными вислыми усами. Как мы узнали из разговоров, все эти сволочи прежде работали надсмотрщиками на каторге и в столицу их привезли специально, чтобы они следили за нами.
Две недели, после поимки ничего особенного не происходило. На скормили, поили вонючей дрянью, по вкусу напоминающей навоз, а после отдавали надзирающим, чтобы те преподавали дисциплину. Однако, пока что я лишь научилась ненавидеть всех говнюков в синих костюмах и плёткой за поясом. Впрочем, секли тут редко и только за серьёзные провинности. Меня – два раза; за попытку бегства.
- Вставай! – надзирающий вздёрнул меня за шкирку и установил на ноги. – Ты разве не слышала, как вам всем велели собраться? Бегом!
Я великолепно слышала и даже знала, куда всех зовут, однако сердце подсказывало: всё это – не к добру. И похоже, что угрозу ощущала не я одна. Стручок пряталась под койкой, Лентяйка – в шкафу, а Медвежонок полезла на крышу. Всех нашли, надавали оплеух и теперь мы молча брели к длинному чёрному зданию без окон. Именно к тому, откуда в первый день нашего здесь пребывания доносились жуткие крики, полные смертной боли.
Главный надзирающий, мужчина с длинной седой бородой, конец которой он заправил за пояс, разговаривал с магистром Цвахом. Коллега толстяка – магистр Гурам, изучал длинный жёлтый свиток и смешно шевелил бородавкой на носу. Вот только никто и не думал смеяться над парочкой жирдяев. В рядах девчонок, куда меня впихнули, то и дело начинался тихий скулёж и надзирающие принимались шипеть, точно взбесившиеся змеи.
- Удрать хотела? – шепнула Мышь, с которой мы успели сдружиться за пару прошедших недель. – Дурная?
- А тебе что? – огрызнулась я и шмыгнула носом. – Боюсь я. Гады эти что-то хреновое затевают, жопой чую!
- А то! – хихикнула Мышь, но смешок её получился больно нервный. – А ты как думала: кто-то задарма столько хавки даст?
Цвах кивнул и тотчас надзирающие распахнули ворота чёрного дома и приказали топать внутрь. На лицах здоровых мужиков появились багровые пятна и это пугало больше всего. Значит, они знали, что там произойдёт. Что-то плохое, зуб даю.
Я оглянулась, пытаясь найти хоть какую-то лазейку и тут же ощутила, как крепкие вальцы больно сжали ухо.
- Куда-то собираешься? – почти ласково проворчал надзирающий. – Марш вперёд.
Ноги подгибались, однако я сумела переступить порог жуткого здания и оказалась внутри. На первый взгляд здесь не было ничего страшного: стены, пол, засыпанный опилками и окна в потолке, откуда вниз падали столбы солнечного света. У стен стояли низкие столики, на которых тускло блестели боками маленькие глиняные чашки. Пахло тут неприятно.
- А теперь каждая девочка подойдёт и выпьет лекарство из чашечки, - магистр Цвах старался говорить ласково, но становилось жутко и неприятно, точно он предлагал поцеловать болотную жабу.
Но нас никто не спрашивал. Каждой впихнули чашку, и я ощутила, как гадко смердит чёрное варево, напоминающее жидкую смолу. Такое пить вообще не хотелось.
- Ой, ой! – сказала Мышь и разжала пальцы, обронив чашку. – Как неловко получилось…
Впрочем, её уловка ни к чему не привела. Подруга получила несколько крепких тумаков, новую порцию и обещание выдать плетей. Больше никто хитрить не пытался. Со всхлипыванием, шмыганьем носом и тяжёлыми вздохами, все покорно выпили чёрную дрянь. Я – тоже, ощутив кроме мерзопакостного вкуса, ещё и покалывание языка.
- Теперь – выходим, - Цвах первым покинул помещение, а следом торопливо зашагали надзирающие. Хлопнула дверь и загрохотал опускающийся засов.
- Ну и что? – Лист, самая старшая из нас вышла на середину помещения и подняла руки. – Что теперь?
Ничего не происходило. Все разбрелись по углам. Мышь начала хихикать, рассказывая историю про танцующего лиса. Кажется, такую ещё нельзя знать девочкам её возраста, но было реально смешно. К нам подсели Егоза и Воровка.
И тут я услышала шум.
Такой уже слышала, когда-то давно. Когда мы вышли на берег моря и увидели зелёные валы волн, с грохотом бьющие об острые камни берега.
- Что такое? – закричал кто-то. – Почему пол шатается?
И точно! Земля под ногами покачнулась, а стены начали ходить ходуном. Все принялись вопить и бегать. Несколько девчонок заколотили в дверь, умоляя выпустить наружу. Кто-то молился Отдавшему долги.
- Что бы ни случилось – держись рядом! – прошептала Мышь и мы взялись за руки.
И тут сверху хлынула вода. Холодная, смердящая дохлятиной. Когда омерзительная жидкость коснулась пяток я ощутила жуткую боль, пронизывающую каждую частичку тела. И эта боль становилась всё сильнее.
Я открыла глаза и увидела Кира.
- Нужно поговорить, - сказал он.


    ГЛАВА 12: ГДЕ Я ПРИНИМАЮ УЧАСТИЕ В БЕСЕДАХ О ВСЯКОМ, О РАЗНОМ

Оказывается, мы стояли и судя по всему, уже достаточно долго. Солнце успело благополучно опуститься к горизонту и теперь угрюмо рассматривало мир своим единственным, налившимся кровью, глазом. На горизонте плыли облаками далёкие горы, чернели струйки дымов и поднимал вверх свои рожки сер бледной луны. Стало быть, стоило ожидать ветра и дождей. А может – и нет. Приметы работали не всегда.
Кажется, мы устроились на привал. Место выбрали вдалеке от дороги и нас от тракта отделяла небольшая рощица и пологий каменистый склон. Внизу тихо булькала узкая речушка, сделавшую в полусотне шагов аккуратную круглую заводь. Большинство простолюдов усели занять глинистый берег и сосредоточено окунали в воду толстые чёрные нити. Вроде бы, небезуспешно.
Королеве поставили палатку чуть выше по течению и расставили кругом караульных. Там же успели разжечь костёр, и я ощутила приятные ароматы чего-то мясного. Сама Найдмир лежала на боку недалеко от пламени и внимательно слушала отца Найда. При этом она ещё время от времени посматривала в нашу сторону. Кто её интересовал больше; Кир или я, понять оказалось сложно.
- О чём говорить-то станем? – спросила я и протянув руку, взяла флягу с Чёрной. Сделала несколько глотков. Кир поморщился и протянул мне платок. – Ах да, прости. Спасибо. Если мучает совесть за брошенную в монастыре любовнице, так топай к святоше. Думаю, он отпусти грехи, по-быстрому. Особливо – монарху. Ты ведь теперь у нас – король?
- Принц-консорт, - он протянул руку. – Помочь? Дар, ни в чём каяться я не собираюсь. Ситуация оказалась такой, что просто не предполагала других решений. А потом случилось то…что случилось.
Сейчас он находился совсем рядом, так что я могла видеть его глаза. В них притаились боль, тщательно скрываемый страх и что-то ещё. Стыда не было. Вовсе. Этот засранец действительно считал, что поступил правильно. Похоже, моё мнение по этому вопросу можно смело засовывать в мою же тощую задницу.
Проигнорировав протянутую руку, я спрыгнула и ощутила, как мир качнулся, медленно проворачиваясь вокруг. Шум бегущей воды внезапно сделался громче и глубже, точно вода текла аккурат через мою голову. Проклятье, я даже ощущала этот поток, бьющий о стенки черепа. Кир придержал меня под локоть.
- Попробуй пить чуть меньше этой гадости, - боль в его глазах стала отчётливее. – Ты же убиваешь себя.
- А ты не волнуйся, - спокойно сказала я и убрала его пальцы от локтя. – Королеву твою спасти ещё успею. Так всё-таки, о чём разговаривать станем?
- Пойдём, - он вяло махнул рукой. – Заодно и поужинаем.
Сначала поужинали. Забун всё время раздражённо пыхтел, глядя, как я орудую пальцами в тарелке, а потом сделал попытку выговорить мне. Типа, этикет и все дела. Я немедленно выдала очень длинную и цветастую фразу, частично подслушанную в раннем детстве на постоялом дворе и дополненную в сладкий период ученичества. Преподаватель фехтования была такой затейницей!
Забун тут же забыл о своих претензиях, и его нижняя челюсть попыталась коснуться груди. Найдмир фыркнула в тарелку, а отец Найд укоризненно покачал головой.
- Ибо истинно говорят, - вполголоса заметил святоша, - замечают они пылинку в оке ближнего, но забывают про валун в своём. Помнится, нас, семинаристов, за чавканье немилосердно лупили, а после набивали рот глиной.
Забун побагровел и ткнулся носом в жаркое. А, жирдяй, получай! Чавкал он, действительно, куда там той свинье! Лоус и Наверра переглянулись, но обошлись без комментариев. Кир почти не ел, вяло ковыряя куски мяса. Казалось, что он не здесь, а где-то далеко-далеко. В прежние времена, когда с ним такое приключалось, я щипала любимого за ухо.
- Дар, - Найдмир улыбнулась, - будь так любезна, ущипни нашего баронета за ухо, напомни, где он находится.
И снова вернулась к еде. Кир очнулся, посмотрел на неё, потом – на меня и морщин на его лбу прибавилось. Чёрт возьми, что это только что было? Допускаю, что Кирион мог рассказать жене о наших былых отношениях, но почему она ведёт себя так, словно безгранично доверяет нам обим? Я бы, в подобной ситуации, отправила мужа под крепкий замок.
Итак, ужин закончился. Простолюды потащили свои миски к речке. Надувшийся Забун откупорил пару бутылок вина и сделал попытку вылить часть напитка на мои ноги. Не получилось, отчего постельничий ещё больше расстроился и удалился со своим бокалом к фрейлинам. Те, всё это время, сидели тихо, словно мыши, утащившие еченьку из шкафа. Да и съели, как мне показалось, ненамного больше.
Начало вечереть. Подул прохладный ветер. Нима тут же возникла за спиной Найдмир и набросила на госпожу плащ с меховым воротником. Королева сдержанно поблагодарила протянула ладони к огню. Потом повернула голову и кивнула Кириону, точно давала разрешение. Интересно, на что?
- Есть ара важных вопросов, которые необходимо обсудить в самое ближайшее время, - Кирион повертел головой, точно искал кого-то. – Лейтенант, подойди, возможно нам потребуется совет, - тут его несколько застопорило, - военного человека.
Впрочем, Грард не заметил заминки, и его физиономия излучала явное самодовольство. Он поклонился королеве и занял место, где ему указали. Рядом со мной. Когда же ему предложили выпить вина, парень несколько растерялся. Поэтому я, едва не силой, сунула ему кубок и отхлебнула из своего.  Напиток, судя по всему, вяли у лорда-капитана и вкус оказался значительно хуже, чем у того, которое прихватили из монастырских подвалов.
- Итак, - Кир достал из кармана куртки свиток, перехваченный тесьмой, снял шнурок и расправил лист бумаги так, что огонь костра хорошо освещал рисунок. Насколько я могла видеть и понимать, перед нами была достаточно подробная карта Кроффа. Более детальную я видела лишь у Кира в его кабинете, на стене. – Пришло время обсудить наш дальнейший путь.
- Всё зависит от того, куда мы конкретно направляемся, - подал голос Наверра. Они с зельеваром тоже решили принять участие в обсуждении. – как по мне, так лучше всего отправиться в Луимин. Там всегда можно найти поддержку самых могущественных колдунов Кроффа.
- И графа Радуира, в придачу, - процедил Кир и поморщился.
- Согласен с многоуважаемым мастером, - вступил Лоус, - тем более, что Луимин – второй, по величине, город Кроффа, после столицы. Его стены ничуть не уступают…
- Салиму стены не очень-то помогли, - подал голос Грард, но тут же испуганно умолк. Видимо, ошалел от собственной наглости. Я похлопала парня по плечу, дескать, продолжай в том же духе. Тут варианта всего два. Или голову отчекрыжат, или повысят до капитана.
- Лейтенант прав, - согласился Кир. – Фортификации в нынешних условиях не играют особой роли. Следует, для начала, научиться отражать атаки Наездников.
- Врагаум, - подал голос отец Найд, - находится недалеко от границы и если что-то пойдёт не так…
Я успела поймать короткие взгляды, которыми обменялись Кир и Найдмир. Кажется, эта парочка уже успела определиться с маршрутом и сейчас просто играла в непонятную игру.
- Лейтенант, что думаешь сам?
- Турсик, - почти не задумываясь выпалил Грард и кончик его носа стал белым. – Да, город не самый удачный для обороны, но вокруг расположено много мелких крепостей. Кроме того, два десятка отличных дорог и три реки позволяют выбрать любое направление для отхода.
- Завязывай учебник цитировать, - я вспомнила книгу, которую нам читала учитель по тактике, - почти слово в слово.
- Разумно, - согласился Кир. Вот только, непонятно, с кем соглашался. Внимательно изучил карту и уставился на меня. – Дар?
Я допила бокал и аккуратно поставила на землю. Во всех предложениях имелись свои подводные камни, и я их видела совершенно отчётливо. Если Кир их тоже видит (а он должен), то к чему вся эта глупость с обсуждением маршрута?
- Не знаю, - я улыбнулась. – Как мне кажется, отсидеться не получится нигде. Лучше всего – сразу дёргать к соседям и уже там, заручившись их поддержкой, воевать с Нархом. Кажется, в Виренине у семейства Туриелли были какие-то родственники?
Найдмир слегка приподняла уголки рта и они, с Киром, вновь переглянулись. Потом мужчина поморщился и покачал головой.
- Отправляемся в Луимин, - объявила королева и колдун торжествующе ухмыльнулся. – Если уважаемый Наверра прав, то его коллеги – единственные, кто способен обеспечить нам безопасность. Кроме того, насколько нам известно, у графа Радуира – самый большой гарнизон, после королевского.
- Я бы сказал – настоящая армия, - проворчал Кир.
Грард задумался, рассматривая карту. Со стороны, где отдыхали простолюды, доносились звуки песен и громкий хохот. Лоус поёжился и принялся кутаться в плащ. При этом бутылочки и баночки, которые он носил в карманах, нежно звенели. Найдмир внезапно поморщилась и положила руку на живот.
- Если мы разобрались с маршрутом, - сказала она, - то все могут быть свободны. Дорогой, помоги мне.
Кир резким жестом отослал фрейлин и взяв жену под руку повёл её в палатку. Остальные начали торопливо разбредаться в разные стороны.
- Дар, - окликнул меня Кир от входа в палатку. – там карта осталась. Принеси её, пожалуйста. И полог задёрни, чтобы комары не налетели.
Внутри горела жёлтая лампа. Чем-то напоминающая мою, синюю. Найдмир села в одеяла, свёрнутые подобно креслу и взяла в ладони чашку с каким-то чёрным напитком. Судя по резкому запаху, она пила чудной напиток, который делали из молотых зёрен, привезённых с далёкого юга. Мне не понравилось, уж больно горько, однако аромат приятный. Кир, не говоря ни слова, забрал у меня свиток и сел на землю у ног королевы. Никто ничего не торопился объяснять, однако и не гнали. Поэтому я села напротив парочки.
- Что ещё? – спросила я.
- Среди нас – лазутчик Жимуина, - тихо сказа л Кир. – И теперь - это совершенно очевидно. Раньше можно было лишь предполагать.
Поскольку я тоже задумывалась над этим, то ничуть не удивилась. Оставалось непонятным другое.
- Ну и на кой тогда вы устроили это представление с обсуждением будущего маршрута? Чтобы облегчить шпиону задачу?
- Лазутчик может находиться среди простолюдов или солдат, - терпеливо пояснил Кирион. Но если жимуинцы узнают, куда мы направляемся, значит предатель находится совсем близко.
- угу. И мне ты решил об этом сказать…
- потому что здесь сейчас находятся те, кому Най… королева доверяет абсолютно.
- Ну спасибо, - протянула я, - за доверие. Так что, двинем куда-то в другое место?
- Нет, продолжаем идти в Луимин. Иначе изменник сообразит, что его присутствие раскрыто и станет стократ осторожнее, - Кир принял чашку из рук королевы и помог Найдмир лечь. – Наверра утверждает, что прошлой ночью уловил всплеск магической энергии.
- Экая невидаль! – я отмахнулась. – Среди простолюдов полным-полно всяких недоучек, способных на простые фокусы. Знахари всякие, гадальщики. Баловал кто-то.
- Колдуны Жимуина с началом активных боевых действий, - теперь говорила Найдмир. Она крепко сжимала руку Кира, точно боялась его потерять. И смотрела, как она на него смотрела! – наполняют магический эфир колдовским мусором. Из-за этого шума передача магических сообщений становится невозможной. Наверра говорит, дескать ощутил наступление тишины, а потом – всплеск.
- Угу, - сказала я и покачала головой. А если подумать – ловко задумано. – Выходит, у них назначено условное время и как оно приходит, мышка начинает стучать.
- Приблизительно, так, - Кир уменьшил яркость светильника. – Если тебе не трудно, попробуй проследить этой ночью, возможно удастся что-нибудь обнаружить.
Ну, теперь-то хоть стало понятно, откуда такое доверие. То ли ветер, то ли накатившая волна, ударила о стену палатки и послышался протяжный шелест. Я вздохнула и медленно поднялась.
- Дар, - глаза королевы, вроде бы уже закрывшиеся, смотрели на меня. – подойди.
Что ещё?
Кир отпустил руку жены и отошёл к выходу. Хорошо, я приняла приглашение. Вблизи Найдмир выглядела не так хорошо и это вызвало короткий укол радости. Крохотные алые точки на коже щёк, покрасневшие белки и морщинки в уголках глаз. Девочке приходилось очень быстро взрослеть.
Тонкие пальцы взяли мои ладони и некоторое время не происходило ровным счётом ничего. Я ощущала растущую растерянность.
- Дар, - очень тихо сказала королева. – Я хотела бы стать тебе другом. Настоящим другом.
В её голосе вроде бы звучала искренность. Но я хорошо помнила, как Кирион объяснял, дескать подобным штукам дворян учат с раннего детства. Если не сумеешь убедить в своей преданности человека, которого собираешься зарезать – цена тебе медяк. Но чего добивается Найдмир? Какой ей в этом прок?
- Я подумаю, - ответила я. – Можно я пойду?
- Да. И спасибо тебе за всё, что ты сделала. И ещё сделаешь.
- Най немногим предлагает дружбу, - сухо заметил Кир у самого выхода, но так, чтобы подруга не услышала. – Да и вообще, королевская дружба…
- Очень важна тому, кому осталась неделя жизни, - бывший любовник закрыл глаза и выдохнул. – Спокойной ночи.
Простолюды прекратили петь. Видимо кто-то умный вправил им мозги. Впрочем, болтать они не перестали, да и костры бы следовало немного поуменьшить. А, какая разница! Рядом всё равно сидит шпион и выжидает, чтобы рассказать всё врагам.
Спать не хотелось. Пиная мелкие камешки, я выбралась на берег речушки и обнаружила у воды отца Найда. Монах задумчиво рассматривал отражения звёзд. Седые волосы трепал прохладный ветер, а длинный нос, как никогда, напоминал клюв. Казалось большой облезлый ворон пытается ловить свежую рыбку.
- Удачной охоты, - вырвалось у меня, против воли и я хихикнула.
Святоша не удивился и не испугался. Он повернул голову ко мне и некоторое время молчал. Может, пытался понять, о чём я, а может, просто не видел, кто с ним разговаривает. В старости зрение здорово портится.
- Присоединяйся, дитя моё, - сказал Найд и хлопнул ладонью по траве, серебрящейся в сиянии месяца. – Если есть желание, можем поговорить, а нет – просто насладимся ночью, ниспосланной Творцом.
- Так уж и Творцом? – съязвила я. Язык просто чесался. - Сама по себе она наступить не может?
- Может. И наступает, - старик и не думал спорить. – Но красоту её может оценить лишь тот, кто обладает душой. И в таком случае, ночь тебе ниспослал Творец.
- Угу, Творец, значит, - я села и подобрав камень, запустила им в реку. – Ну и заодно, всех ночных тварей, которые рыщут во тьме, чтобы сожрать добычу.
- И их, - вновь Найд соглашался. – Но если в твоей душе больше от Вопрошающего, то ты увидишь в ночи лишь хищных прожорливых тварей. А если – Отдавшего долги, то тебя поприветствуют луна, речка и звёзды.
- Ого, как же, выходит, я была испорчена и одержима в раннем детстве, - я сцепила зубы, - когда блуждала по дорогам в поисках жратвы. Видела только ночных гадов и злых людей. Как думаешь, святоша, когда в пузе режет от голода, а в поле воют волки, ты сильно смотришь на небо? Красотами всякими любуешься, да?
- Господь посылает чадам своим испытания, дабы те преодолев их, очистились и пришли пред очи его нагими, аки дети безгрешные.
- Ты смеёшься? – я и сама расхохоталась, только вот ничего весёлого в моём смехе и близко не было. – Да мы тогда и так ползали, почти голышом, а грехи…Какие грехи у четырёхлетней спиногрызки, которую бросила мать? В носу ковырялась?
Отец Найд сидел, насупившись и безмолвно шевелил губами. Святоша казался смущённым. Да и то, даром что ли Воин Долга прячется от прошлого в монастыре? Видала я деревушки, которые эти говнюки обозвали юдолью ереси. Одни обгоревшие следы от домов и обугленные трупы в ямах. Вот так они и очищали грешные души.
- Возможно, в прошлой жизни твоя душа изрядно нагрешила, - глухо сказал монах, - посему путь очищения оказался дольше и труднее.
- Угу, - фыркнула я, - ты мне ещё про золотые ворота и восьмикрылого с книгой судеб! Вы хоть сами-то верите в свой загробный мир, лицемеры?
- Человек обязан иметь веру, - тут его голос обрёл прежнюю крепость, - иначе всё, ради чего он живёт – бессмысленно, а сам человек уподобится свинье, хрюкающей в луже.
- И ради этого вы кормите дураков сказочками про рай и ад?
- Неужто у тебя, дитя моё, вовсе нет веры во что-то лучшее?
Я подумала, рассказать ему или нет? А потом решилась – какого чёрта!
- Когда сёстры начали умирать, - глухо сказала я и Найд склонил ко мне голову, - одна из нас придумала. Дескать на самом деле мы не умираем. Просто за нами приходит Мать-волна и забирает к себе. Типа, мы становимся едины.
- И что?
- Да ничего! – я с досадой запустила камнем в реку и поднялась. – Ничего там нет, только мрак и пустота.
http://s4.uploads.ru/t/OyDbh.jpg